Белорусы едва не сорвали гастроли «Ленкома»

Популярный московский театр «Ленком» отправился в гастрольный тур по Германии. Первым городом театрального маршрута стала столица земли Северный Рейн-Вестфалия — Дюссельдорф. «Ленком», который показал здесь свой знаменитый спектакль «Королевские игры», таким образом открыл культурную программу «Дни Москвы в Дюссельдорфе». «В прошлом году ленкомовцы играли здесь хит двадцатого столетия — «Юнону» и «Авось». Успех, который сопутствовал театру, закрепили и на этот раз, чему стал свидетелем обозреватель «МК».

Фрагмент спектакля «Королевские игры»

Однако уже первый показ ведущего московского театра оказался под угрозой. Всему виной — запрет властей Белоруссии пропускать российские грузовики через свою территорию. Поэтому трейлеру с декорацией и оборудованием пришлось срочно менять маршрут и до Дюссельдорфа добираться через Латвию. В результате машина прибыла к театру Stadt Halle (1070 мест) за два часа до начала репетиции. Неудивительно, что обстановка за кулисами напряженнейшая, нервничают все службы: свет и звук надо выставить, выверить, а артистам — сделать прогон; все боятся не успеть. В общем, каша, но, на удивление, никто не кричит, не истерит: ни Марк Захаров (он сидит в центре зала), ни директор театра Варшавер, тоже Марк. Артист Иван Агапов как ассистент спокойно проводит репетицию. Благодаря слаженной работе постановочной части и с помощью немецких технарей все сделали, и спектакль начался с задержкой лишь на полчаса.


Александр Лазарев

— Да памятник поставить нашим техническим службам — вытащили спектакль! — говорит Саша Лазарев. Он — король Англии Генрих VIII, едва ли не единственный тут в черном костюме среди массового белого. Костюмы подданных его королевского величества белоснежны, многослойны и воздушны, как безе: художник Юрий Хариков сделал их из парашютного шелка.

«Королевские игры» — спектакль-долгожитель, поставлен еще в прошлом веке (1995 год), но все 22 года идет на аншлагах. Такая судьба — практически у всех спектаклей Марка Захарова, знающего секреты производства театральной продукции на десятилетия. После репетиции он заходит в гримерную передохнуть.


фото: Геннадий Черкасов
Марк Захаров

— Марк Анатольевич, «Королевские…» идут 22 года. Что вспоминается на старте? Какие были самые яркие моменты?

— Чубайс мне тогда говорил, что вообще это очень важный момент в истории Европы, когда отделилась англиканская церковь от католической. Еще помню, как композитор спектакля Шандор Калаш рассказывал, что собак при английском дворе в то время держали («Какой породы? Не помните? Ну, с такой длинной шерстью?..» — это он директору) лишь для того, чтобы вытирать руки об их шерсть. Вместо салфеток. Меня тогда это неприятно поразило. Еще был жив замечательный Григорий Горин — это он настоял, чтобы я поставил оперу для драматического театра, сочиненную им по мотивам пьесы Максвелла Андерсона «1000 дней Анны Болейн».

Читайте также:  Состоялся финал драматургического конкурса «Действующие лица»

Говоря об опере, худрук Захаров переходит на оперный речитатив, ему таким же образом отвечает директор Марк Варшавер, в прошлом, кстати, тоже артист, но много лет в столичном директорском корпусе известен как профессионал высокого класса. Он уверяет меня, что в 1995-м, когда рождался спектакль, несмотря на развал, царивший в стране, «Ленком» «не испытывал катастрофических трудностей» — так здесь поставлено дело.

— Саша, а ты помнишь, что было 22 года назад? — спрашиваю я Лазарева. — Ну, когда ты получил роль Генриха Восьмого?

— Ну конечно, помню. У меня поначалу роль туго шла, но во второй половине репетиций что-то щелкнуло — и пошло как по маслу. Потом Марк Анатольевич признался, что даже хотел законсервировать эту работу, потому что у меня не получалось, но, видишь, спектакль живет, пользуется успехом.

— Ты любишь его?

— Люблю, но мне тяжеловато играть. Как у меня вначале перед ним был панический страх из-за того что не получалось, так он до сих пор и остался. Сейчас в «Королевские…» молодежь вошла, а 22 года назад начинали играть наши старики, и какие: Ларионов, Колычев, Бергер! Папа Сева (красавец Всеволод Ларионов. — М.Р.) был единственным, кто с Марком Анатольевичем был на «ты». На одной репетиции Захаров попросил: «Сева, покажи, как любовь играть надо». И Папа Сева к Амалии Мордвиновой (первая и лучшая исполнительница роли Анны Болейн. — М.Р.) подошел, просто встал так перед ней — и все, это уже был не Папа Сева, а такой!!! Котяра!!! «Ну что, Александр, повторить сможете?» — уточнил Марк Анатольевич…

Наконец, публику запускают в зал. Публика — русская диаспора, достаточно многочисленная в Дюссельдорфе: согласно официальным данным, наших соотечественников здесь насчитывается 40 тысяч, по неофициальным — в два раза больше. И надо сказать, что они совсем не обделены отечественной культурой: только в феврале здесь было 16 гастролеров — правда, в основном это представители шоу-бизнеса или небольшие антрепризы. Из солидных театров МХТ только что отработал с комедией «Примадонны», теперь — «Ленком», но с музыкальной драмой о Генрихе VIII, вошедшем в историю английской Реформацией и количеством браков: шесть жен, с двумя из которых он развелся, а двух казнил по обвинению в измене. Милый такой король был, душка. И вот развод Генриха с его первой супругой, Екатериной Арагонской, ради Анны Болейн повлек за собой отлучение короля от католической церкви и ряд церковных реформ в Англии: англиканская церковь отделилась от римско-католической.

Читайте также:  Артист Владимир Симонов отметит юбилей в самолете

Александр Лазарев играет по-королевски: его энергия, обаяние и свобода существования на сцене накрывают зал. Кстати, думаю я, Александру в театре достаются все цари, короли да графья (Петр Первый в «Шуте Балакиреве», граф Альмавива в «Безумном дне»), а недавно он отснялся в роли украинского олигарха (говорит, что не Порошенко) в бельгийском сериале «Брюссель».

Публика аплодирует и его партнерам — Анне Большовой (Анна Болейн), Любови Матюшиной (Елизавете Болейн), Елене Степановой (Мэри) и особенно Ивану Агапову, блестяще заменившему в роли графа Норфолка Леонида Броневого. Два спектакля в Дюссельдорфе прошли с большим успехом. На втором благодарные соотечественники забросали сцену цветами.

— Артистов приезжает сюда много, но вот такого высокого уровня — не часто, — говорит мне после спектакля молодая зрительница (она из Киева и уже два года работает официанткой в пятизвездочном отеле). — На такое гарантированно идут.


Фрагмент спектакля «Королевские игры»

После спектакля беседуем с Марком Захаровым о роли женщины в мировой истории, декабристах и будущих постановках «Ленкома».

— Марк Анатольевич, большинство ваших спектаклей — это осмысление истории с позиций нашего времени. У вас всегда свой взгляд на события и личности, свои трактовки, что в театре допустимо. А насколько это допустимо в истории, которую все время пытаются переписать?

— По мнению многих экспертов, мы находимся в стадии ожидания крупных, радикальных изменений. Прежде всего — у нас, хотя мы и связаны с некоторыми изменениями в мире. Скажем, никак не можем Трампа «проглотить»: не понимаем, что это такое, насколько он опасен или полезен для нас. Сейчас, несмотря на все заклинания ничего не менять, идет очень интересный пересмотр нашей истории со стороны достаточно официальных органов. Я тут недавно прочел, что декабристы, которыми мы восхищались, сегодня в некоторых работах выглядят бунтовщиками, предателями, авантюристами, и то, что их подавили достаточно жестоким образом, вызывает определенное понимание. Интересно за всем этим наблюдать. Правда, у нас в спектакле основная линия все-таки «шерше ля фам», и это основной закон цивилизации. Очень многое делается ради женщины, а может быть, и все.

Читайте также:  Режиссер «Ленчик-миллиончик» — о музыкальной моде и силе креатива

— Знаете, только давно что-то не рождалось таких женщин, ради которых президенты или короли разделяли бы церковь или совершали что-то умопомрачительное…

— Влияние женщины просто не афишируется, держится в тайне. И Наполеон, и Брежнев, наверное, были зависимы от женского воздействия, хотя это и не проанализировано по-настоящему нашими историками. Я думаю, что закон этот и сейчас действует.

— Сейчас вы приступаете к работе над Шекспиром. Почему выбрали именно «Фальстафа»?

— Потому что меня наш главный шекспировед Алексей Бартошевич давно упрекал за то, что я не ставлю «Гамлета». Я не ставлю, потому что не согласен с Мейерхольдом, будто это лучшая пьеса для театра.

— Или вы просто не знаете ответа на вопрос «быть или не быть»?

— Может быть, не знаю до конца. О «Гамлете» в одной дореволюционной рецензии я прочел: «Господин такой-то как всегда с огоньком сыграл тень отца Гамлета». Главное — с огоньком. Представляю.

…Из Дюссельдорфа «Королевские игры» двинулись дальше — по маршруту Гамбург—Франкфурт—Штутгарт. А эстафету Дней Москвы в Дюссельдорфе продолжит «Геликон-опера», которая в мае покажет программу, подготовленную совместно с Oper am Rein.

Не жмись, лайкни!!!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *