«Мы — не придаток государства». Более 800 адвокатов попросили защитить их от Минюста

Вслед за расширением полномочий полиции в Госдуму вносят пакет поправок в закон об адвокатуре. Минюст планирует наделить себя правом через суд лишать адвокатов статуса и контролировать отношения защитников с доверителями. Сейчас от таких вмешательств защищает самоуправление адвокатских палат, гарантии адвокатской тайны

 

Более 800 юристов подписали публичный призыв защитить российскую адвокатуру от давления Минюста. Такова реакция профессионального сообщества на готовящиеся поправки в федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре РФ», разработанные профильным министерством.

Корректировка закона фактически превращает адвокатуру в придаток государственных органов, считают авторы обращения.

«Объем поправок существенный. Они фундаментально меняют статус адвокатуры и принципы её функционирования как независимого института <…>. Цель законопроекта – продолжить курс на уничтожение адвокатуры как установленного Конституцией независимого института защиты прав и свобод человека, усилить рычаги государственного давления на неё, окончательно подчинить адвокатуру и адвокатов исполнительной власти в лице Министерства юстиции», — говорится в обращении.

 

Какие именно нововведения вызвали дискуссию?

«ИЗЛИШКИ» САМОУПРАВЛЕНИЯ

Сегодня органы адвокатского самоуправления – региональные палаты самостоятельно рассматривают жалобы на адвокатов и принимают решение об их наказании или освобождения от такового. Президент Палаты инициирует внутреннее разбирательство, далее дело выносится на квалификационную комиссию, в которую входят в том числе представители судебной и законодательной властей, выводы комиссии изучает Совет палаты. Он же – Совет палаты выносит решение о привлечении (освобождении) адвоката к дисциплинарной ответственности, вплоть до лишения его адвокатского статуса.

На адвоката может пожаловаться кто угодно, даже органы Минюста. Но сегодня адвокат защищен так называемым предварительным фильтром. Президент палаты сначала оценивает поступившую жалобу и только потом решает, что с ней делать — может вообще не давать ей ходу, не выносить на обсуждение, отклонить.

Более того, решение Совета палаты сегодня является окончательным для автора жалобы. Оспорить его в суде может только сам адвокат, неудовлетворенный итогом разбирательства, больше такого права ни у кого нет.

Поправка Минюста в статью 17.1 Закона запрещает адвокатским палатам отказывать в возбуждении дисциплинарного производства. Любое представление министерства и его территориальных подразделений автоматически запускает процедуру рассмотрения жалобы. Помимо этого, Минюст наделяет себя правом обжаловать «отказное» или непонравившееся ему решение Совета палаты в суде.

Законопроект превращает адвокатуру в совершенно зависимую от Минюста структуру, можно сказать, в свое подразделение, комментируют адвокаты.

— Меняется дисциплинарное производство, дисциплинарные процедуры. В квалификационную комиссию вводят еще одну фигуру – представителя научного сообщества, кто это и для чего – не объясняется. Окончательное решение о профессиональной судьбе адвоката будет принимать суд по ходатайству Минюста. Много вы знаете случаев, когда суд отказывал представителям государства? — говорит член Адвокатской палаты Москвы, один из авторов обращения «Защитим российскую адвокатуру» Илья Сидоров.

Смысл адвокатской деятельности, в серьезных уголовных процессах, по крайней мере – обеспечивать состязательность сторон, оппонировать государству. Следователь и прокурор получают зарплату от государства и это правильно — они представляют интересы государства. Адвокат получает гонорар от клиента, так как защищает его частные интересы, по этой причине адвокат должен всегда находиться по ту сторону от государства, говорят инициаторы обращения.

Читайте также:  В ВОЗ заявили об улучшении ситуации с COVID-19 в России

— Адвокаты, как и следователи, прокуроры, судьи, конечно, тоже допускают нарушения, в этом смысле они небезгрешны, и такие факты существуют, есть даже привлечения к уголовной ответственности. Но, с другой стороны, все мы видим, как сегодня органы следствия подрывают тот самый принцип, ради которого адвокатура строилась и существует. Принцип состязательности сторон. Угроза принципу состязательности всё чаще возникает именно потому, что следователя, прокурора не устраивает активная позиция адвоката, формы защиты, которые он выбирает, и они этого активного адвоката пытаются из дела вывести, устранить. Один из самых быстрых способов – поставить вопрос о привлечении к дисциплинарной ответственности вплоть до требования исключить из адвокатского сообщества, — считает бывший Генпрокурор России (1991-1993 гг), заслуженный юрист Валентин Степанков.

Лишение палат возможности предварительно оценивать претензии в адрес адвокатов предварительной оценки жалоб на адвокатов развязывает руки жалобщикам, позволяет слать такие обращения часто и не задумываясь о качестве. Сегодняшний же закон требует предъявления обоснованных нарушений со стороны адвокатов.

Минюст имел все те права, о которых просит, в Советском Союзе — видимо, решил восстановить. Для чего же чиновникам вновь понадобилась дополнительные возможности?

— Часто обращения в адвокатские сообщества в территориальных органах отклоняются или не удовлетворяются, и поднимать планку инициаторам обращений не всегда удобно, — говорит Степанков. – На мой взгляд, в последующем такие ходатайства будут напрямую поступать в Минюст, в первую очередь от следователей ФСБ. В советское время перечень статей, которые относились к подследственности КГБ не превышало десятка – полутора десятка статей. Сегодня количество статей, подследственности тех видов преступлений, которые может вести ФСБ — свыше 100 составов преступлений. Я думаю, если законопроект пройдет, они и будут пользоваться этим каналом.

КИС АР – ЦИФРОВОЙ ЗАГОН ДЛЯ АДВОКАТОВ И УПРАЗДНЕНИЕ АДВОКАТСКОЙ ТАЙНЫ

Еще одна спорная поправка – в статью 39.1 Закона. Она обязывать Федеральную палату адвокатов (ФПА) ежедневно и круглосуточно «обеспечивать с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» свободный и прямой доступ неограниченного круга лиц к сведениям, содержащимся в КИС АР [комплексной информационной системе адвокатуры России]». Вместе с тем, статьей 20 Закона вводится пункт, согласно которому больше не требуется согласия доверителя на обработку его персональных данных, полученных работниками адвокатуры в связи в оказанием ему юридической помощи. Аналогичным положением дополняется и пункт 3 ст. 18 Закона, который ранее обеспечивал защиту конфиденциальных сведений о доверителе.

 

На практике весь этот нормотворческий шифр означает упразднение гарантий адвокатской тайны, объясняют спикеры.

— КИС АР разрабатывает Сбербанк – структура, аффилированная с государством, и ей мы должны передавать данные, которые вообще-то составляют адвокатскую тайну. Ей мы должны передавать сведения о частной жизни адвоката? Именно к этому же и обязывают. Всё очень похоже на сооружение загона для адвоката, в котором его деятельность становится невозможной. А кто ж к нему пойдет, если он с порога просит расписаться в том, что не будет сохранять адвокатскую тайну, что всю рассказанную информацию передаст прямиком государству? – задается риторическим вопросом адвокат, председатель московской коллегии адвокатов «Карабанов и партнеры» Александр Карабанов.

Читайте также:  Большой театр пробил дно

Адвокатский реестр сегодня ведется отдельно по регионам. Его хотят унифицировать и сделать единым для всей территории России. Как объясняется нужда в некой единой базе, где будут храниться сведения об адвокатах и их доверителях? Чиновники нам отвечают: реестр будет защищать самих же граждан от самозванцев. Только адвокаты с серьезным уровнем подготовки, надлежащей квалификацией и высокими стандартами ведения адвокатской деятельности смогут в него попасть.

Судьи, допуская защитника по доверенности или по ордеру в тот или иной процесс, смогут сличить его с единым реестром и быстро свои сомнения устранить. Кто перед судом? «Качественный» адвокат или авантюрист, покушающийся на основы российского правосудия?

Что следует прямо из поправок?

— Вводится некая автоматизированная система КИС АР, перечень вводимых туда данных не оговорен. Что такое дополнительное наполнение реестра, никто не знает. А главное зачем серьезный документ общественной организации отдавать чиновникам? Мы, адвокаты, по первому указанию Минюста, забыв об адвокатской тайне, должны вносить туда информацию о доверителе. Человек, пришедший к адвокату, разрешает это делать с ним автоматически, просто самим фактом обращения за юридической помощью. Кроме глубокого недоумения это требование ничего не вызывает, — комментирует Илья Сидоров.

ВЫДАЧА ОРДЕРОВ СТРОГО ПО РАСПИСАНИЮ

Еще одна дискуссионная поправка – об ордерах. Поправка в ст. 6 Закона разрешает выдачу ордеров адвокатским палатам, которые будут делать это под контролем Минюста.

— Адвокатов принуждают передавать сведения об ордере Минюсту. Какие именно сведения, мы не знаем, законопроект это не оговаривает. Но мы наблюдали, как эту систему ранее тестировали в Московской области. Адвокатов, к примеру, обязывали описывать их адвокатский кабинет, и, если он был зарегистрирован по адресу квартиры, нужно было передавать заключенные договоры на помещение, информацию о составе семьи адвоката и сведения об обратившемся доверителе. Последнее вообще-то государственная тайна, — подчеркивает Илья Сидоров.

Всегда ордера выдавали адвокатские кабинеты. Что за новая функция у палат такая? Зачем им вдруг понадобилось выдавать ордера?

Адвокаты выдвигают свои предположения, опираясь на недавний пример.

«Про карманных адвокатов сегодня много говорят. В одном громком процессе у подсудимого был свой адвокат, но в суд ему прислали чужого. Инициировалось такое назначение адвоката как раз через адвокатскую палату путем передачи ордера. У судьи появляются данные об этом ордере, и соответственно адвокату по соглашению предлагают постоять за дверьми, поскольку ордер от палаты поступил раньше…», — рассказывают они.

— Излишняя бюрократизация, формализация. Выдача ордеров палатами по согласованию с Минюстом усложняет, замедляет процесс, а главное затрудняет доступ гражданина к адвокату в критических ситуациях, когда защитник требуется быстро, когда человеку грозит привлечение к уголовной ответственности, арест, — рассуждает Валентин Степанков.

Читайте также:  В ФНПР сочли пиаром призыв Онищенко к отказу от длинных новогодних выходных

КАК НОВОВВЕДЕНИЯ ОТРАЗЯТСЯ НА ЖИЗНИ ГРАЖДАН

Адвокат должен быть обеспечен защитой, когда он участвует в процессе. Однако сегодня, защищая клиента в суде, адвокат вынужден защищать одновременно и клиента, и себя, и свои полномочия. Огромное количество дел о привлечении адвокатов к ответственности заставляет здесь и сейчас думать, как защититься от административной машины. Проблемы становятся хроническими. Закон говорит о праве адвокатов по удостоверению попадать в определенные категории судов, но практика показывает, что право не действующее. В последние годы сюда надо добавлять отделения органов внутренних дел, которые просто массово закрываются с привозом туда задержанных во время массовых выступлений. Адвокаты со своим удостоверением не могут сделать ничего, даже минимум – просто попасть в эти отделения, рассуждают адвокаты.

— Своей правозащитной деятельностью адвокат сражается с государственной гидрой. Одна голова — следственно–оперативный блок, и мы видим, сколько нарушений допускает это направление, когда задерживают, подбрасывают и что только не делают. Следующая голова – прокуратура, которая должна надзирать за оперативными и следственными действиями. Третья – наш независимый суд. Сегодня государство достает свой козырь из кармана, пытаясь расширить полномочия Минюста и фактически лишать адвокатов статуса через дисциплинарное производство, — говорит Александр Карабанов. — Исполнение предложенной инициативы – надевание строгого поводка на адвокатов и создание карманного полка, который будет заниматься только имитацией своей работы. Адвокаты, включенные по серьезным делам, конечно же, теперь вынуждены хорошо подумать, прежде чем писать жалобы, выбирать методы защиты – что-то сделаешь не так и лишишься работы. Закономерным следствием такого порядка станет значительное снижение качества адвокатуры. Суды итак почти не выносят оправдательных приговоров в России. Новые поправки отбирают у адвокатов право защищать. Удар по правам человека, удар по гражданскому обществу.

Новые поправки в закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» готовились форсированными темпами. На процедуру общественного обсуждения законопроекта было отведено всего две недели (2-16 декабря). Не то что общество, сами адвокаты не успели ничего понять.

— Многие коллеги звонят нам и спрашивают, правда ли всё то, что говорят о поправках или нет, — говорит автор обращения «Защитим российскую адвокатуру».

В совокупности новый закон упраздняет независимость адвокатуры, конфиденциальный характер общения адвоката и доверителя, ставят адвоката в зависимое положение от органов исполнительной власти, позволяя им, при необходимости, наносить «точечные» удары по отдельным представителям адвокатского сообщества. За последние годы законодательство в отношении гражданских прав и свобод значительно ужесточилось. Существенно усилилось давление на гражданское общество и СМИ. Очевидно, возросло количество политически мотивированных дел. В условиях, когда судебная система является, по сути, структурным подразделением органов исполнительной власти, институт независимой адвокатуры обеспечивает последний механизм защиты демократических ценностей и прав человека. В случае принятия проводимых поправок российское общество лишится этой своей последней защиты, подытоживают авторы обращения.

Не жмись, лайкни!!!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *