Россия навсегда отстала от Китая

Жадность политической «элиты» стала тормозом развития страны, что недопустимо для КНР.

Сегодня, 5 июня, начался визит в Россию главы Китайской народной республики Си Цзиньпина. Ожидается его встреча с Владимиром Путиным в рамках ПМЭФ-2019. Один из формальных поводов для визита — 70 лет со дня установления дипломатических отношений между Россией (СССР) и КНР.

Накануне приезда в Москву китайский лидер дал интервью ТАСС, в котором отметил экономические успехи своей страны. Среди них второе место в мире по объему ВВП и первое по темпам роста этого показателя — 6,6%. Вклад Китая в мировой рост составляет 30% подчеркнул товарищ Си.

Среди преимуществ своей страны Си Цзиньпин выделил в первую очередь человеческий потенциал. Для него 1,4 млрд человек населения — это не обуза, не «лишние рты», которых надо кормить и платить пенсию, а 900 млн пар рабочих рук, которые вывели страну в экономические лидеры.

На этом фоне показатели России, увы, смотрятся куце. Согласно прогнозу Всемирного банка, в 2019 году российский ВВП вырастит всего на 1,2%. При том, что в среднем по миру будет 2,6%. С потенциальными «рабочими руками» у нас еще хуже — рождаемость упала на 15%.

Тем не менее, Россия нужна Китаю как сильный военный союзник в ситуации, когда торговая война с США может перерасти и в горячую конфронтацию. Возможно по этой причине Си Цзиньпин не пожалел добрых слов в адрес президента РФ.

«Наше общение основано на глубоком взаимодоверии и искренней дружбе. Мы уважаем и понимаем друг друга, доверяем друг другу. У нас близкие взгляды на мировой процесс и совпадающие концепции по государственному управлению», — признался глава КНР.

Возникает вопрос: почему при совпадающих концепциях государственного управления Россия и Китай имеют столь разные экономические и социальные результаты?

Один из популярных в нашем обществе ответов: Коммунистическая партия Китая решилась подавить прозападный бунт на площади Тяньаньмэнь в Пекине и тем заложила политическую основу под ускоренное экономическое развитие страны. А вот КПСС в 1991 году с этой задачей не справилась.

В результате к власти в России пришли рыночные фундаменталисты. Именно эти люди до сих пор определяют экономическое развитие страны и куют кадры для госслужбы. Свежее интервью сторонника Егора Гайдара и ректора РАНХиГС Владимира Мау тому доказательство.

А ведь в конце 1980-х СССР был страной со средним уровнем дохода на душу населения около 9,2 тысяч долларов. А в Китае этот показатель равнялся 317 долларам. Если в нынешней России ничего не менять, недалек тот день, когда ситуация станет с точностью до наоборот.

О текущем моменте в российско-китайских отношений и возможных итогах ПМЭФ-2019 нам рассказал главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов.

— Особенность российско-китайских отношений в том, что они очень динамичны и очень устойчивы. И если очень эмоциональный и взбалмошный американский президент одним своим твиттом или неосмотрительным решением может все поставить с ног на голову, разорвать все предыдущие договоренности, то в российско-китайских отношений таких поворотов и сюрпризов быть не может.

Читайте также:  Силуанов по-своему объяснил сокращение числа малого и среднего бизнеса в РФ

Это однако не значит, что визит Си Цзиньпина является рутиной. Помните формулировку из советских учебников о переходе количества в качество? Вот это тот самый случай. С каждым годом накапливаются позитивные добавления, в итоге создающие новое качество отношений.

 

«СП»: — Какое новое качество мы ожидаем от этого визита товарища Си?

— По предварительной информации ожидается подписание двух деклараций. Первая о российско-китайских отношениях, другая — о международной ситуации. Вторая декларация может содержать новое. В связи с тем, что Россия и Китай очень сильно сейчас усиливают взаимную координацию на международной сцене в качестве ответа на те очень неблагоприятные тенденции, которые возникают в мире по инициативе США и Запада.

Это проблемы недоступности технологий, финансовых ограничений, ограничения доступа на рынки, попытки использовать якобы политические санкции для достижения узкокорыстных экономических выгод американской сверхдержавы. Все это совершенно невыгодно ни России, ни Китаю.

«СП»: — Можно ли говорить о формировании некого антизападного альянса?

— Это такой самозащитный альянс, призванный защитить свои экономические интересы, интересы безопасности.

Конечно, они нетождественны. У России и Китая есть интересы совпадающие и не совпадающие. Но факт, что проблем в международной политике, по которым нашим странам приходится взаимодействовать становится все больше и больше. Думаю, это найдет свое отражение в декларациях.

«СП»: — Однако, исторический опыт у наших отношений не совсем благоприятный. В 1950-е годы говорили, что «русские и китайцы — братья навек», а потом все рухнуло. Что может быть гарантией надежности нового альянса с Китаем?

— «Братья навек» — это был не политический лозунг, а слова из песни. А песня всегда немного более художественна, нежели политическая декларация. Сейчас же обе стороны говорят о «передаче дружбы из поколения в поколение». Формулировки похожи, но есть и сущностная разница.

В 1950-е считалось, что принадлежность общим социально-политическим ценностям гарантирует общность экономических и политических интересов просто в силу того, что обе страны движутся в одном направлении. А когда выяснилось, что трактовка в рамках общего пути различается, начались споры о том, чье понимание более правильное, кто осуществляет ревизию и кто разрушает единство.

Эта скользкая тема и поссорила две страны. Но потом обе стороны признали, что все это было пустое. Можно было это просто не обсуждать — сэкономить силы и нервы. Сейчас мы усвоили этот урок и уже не говорим, что стремимся быть именно «братьями» и именно «навек». Поэтому и идет речь о передаче дружбы следующему поколению.

«СП»: — Устойчивая дружба возможна между более-менее равными сторонами. Однако Россия, к сожалению, сильно отстала от Китая экономически. Хотя СССР опережал КНР. Почему так случилось? Может дело в событиях 1989 года в Пекине и в 1991-м в Москве?

— Существуют два тезиса, с которыми я не согласен. Первый заключается в том, что Михаил Горабачев должен был поступить как Ден Сяопин и тогда у нас сейчас было бы такое же развитие, как в Китае. Я в это не верю. Потому что для этого нужно огромное количество культурных, институциональных, экономических причин.

Читайте также:  Константин Сёмин: Запрет на участие в Олимпиаде — публичное унижение России

Второй тезис: если бы Ден Сяопин не решился в 1989 году применить вооруженную силу, то Китай ждала бы судьба СССР. Об этом тоже можно судить с некоторой условностью, потому что это всего навсего единичный исторический факт, который невозможно полностью спроецировать на реалии другой страны.

Напомню, что в 1989 году экономика Китая уже была на подъеме, очень успешно развивались свободные экономические зоны. Поэтому оценивая китайский опыт постоянно надо балансировать между универсальностью и индивидуальностью. Взять его и позаимствовать целиком невозможно. Для того чтобы успешно осваивать китайские достижения, Китай надо изучать в ежедневном режиме. Переименованием «Единой России» в КПК добиться роста экономики на шесть процентов в год не получится.

По мнению заведующего сектором экономики и политики Китая ИМЭМО им. Е.М. Примакова Сергея Луконина, причиной отставания России стал выбор западной модели экономического развития.

— В связи с ПМЭФ-2019 Россия ждет увеличения китайских инвестиций в нашу экономику. Возможно, переноса в Россию отдельных производств, создания совместных научно-технических производств. В том числе по замещению американской продукции на китайском рынке. То есть совместные российско-китайские разработки позволят Китаю обойти условия торгово-экономической войны. Ну, и ждем интенсификацию сотрудничества в рамках «пояса и пути» и ЕАЭС.

«СП»: — Россия сейчас выступает в роли младшего экономического партнера Китая. Почему мы так отстали?

— У нас были другие исторические условия. Мы не воспользовались шансом. Россия пошла по пути быстрых экономических и политических реформ, воспользовались западной экономической теорией. А Китай пошел медленно. Как они говорили: переходя реку, нащупывать ногой камни. С умом подходили к решению отдельных вопросов. Самое главное — на каком-то этапе Китай сохранил способность концентрировать ресурсы для экономического развития. А у нас так не получилось.

«СП»: — Кажется, мы теперь тоже пытаемся так поступать? Нацпроекты, инфраструктурные объекты — это как раз попытка сосредоточить ресурсы на основных направлениях…

— Да, это попытка использовать механизм стимулирования экономического развития, которые использует Китай. Не секрет, что в 2008 году для преодоления экономического кризиса в Китае была принята большая программа развития инфраструктурных проектов. Государство обеспечивало спрос в том числе на высокотехнологичную продукцию, которая производилась внутри Китая. Тем самым они поддержали очень высокие темпы прироста ВВП. Россия пытается сделать то же самое, но я сомневаюсь, что получится достигнуть такого же эффекта.

«СП: — Почему?

— Количественно рост может быть таким же, но качественно будет похуже. Ведь Китай использовал то, что он производил на своей территории. А у нас половина компонентов не производится. Придется искать внешних поставщиков, а у нас санкции. А чтобы производить все самим, надо сначала создать промышленную базу и выстроить технологические цепочки. Это сложно.

Читайте также:  В чем просчитался Путин

В свою очередь писатель-футуролог, член Федерального совета «Партии дела» Максим Калашников уверен, что российская власть не способна на реализацию экономического прорыва.

— Главная причина технологического отставания России — это нынешняя власть. И неважно, что она при этом говорит публично. Нынешняя правящая элита, на которую опирается Путин — это сырьевики, расхищающие ресурсы разными способами, и ростовщики-банкиры.

Последние вообще не хотят давать никаких кредитов на перевооружение промышленности, на инвестиции. У нас доля кредитов в перевооружении предприятий 11 процентов. В основном предприятия используют собственные средства. А власть еще и усиливает налоговое бремя, подрезая единственный источник модернизации.

Программа развития инфраструктуры, которую Путин огласил в марте 2018 года — это пародия на новый курс Рузвельта. Но Рузвельт не повышал налоги! Там была замаскированная эмиссия. А Путин повышает налоги. Тем самым он не столько поднимает экономику, сколько обрушивает.

«СП»: — Какую рекомендацию вы бы дали нашей власти?

— Рекомендация может быть только одна: активная промышленная политика, протекционизм, смягчение денежно-кредитной политики, деофшоризация, продажа валюты на бирже только под контракты, прогрессивная шкала НДФЛ плюс налоговые льготы для предприятий. Этим мерам Кремль сопротивляется всеми конечностями. Поэтому отставание РФ будет только нарастать.

«СП»: — А может быть Китай возьмет нас на экономический буксир?

— Для Китая Россия не является стратегическим экономическим партнером.

Американский рынок для Китая в пять раз больше, чем российский. Поэтому Пекин будет пытаться договориться с Америкой. Она для него важнее. Россию же Китай рассматривает как пронизанную коррупцией сырьевую территорию.

Наши вложения в НИОКР в разы ниже, чем в Китае. Деньги, которые можно было бы на это потратить, идут на содержание огромной бюрократической машины, раздувшиеся штаты силовиков, на бесполезные проекты типа олимпиады и мундиаля. Например, принятая сейчас программа цифровой экономики втрое меньше, чем расходы на сочинскую олимпиаду.

Технологически развивать нас китайцы не заинтересованы, потому что Россия для них пусть и не самый большой, но их рынок сбыта. Поэтому они против российского протекционизма. Недаром Путин тоже высказывается против, хотя это единственное, что может нас спасти. Поэтому я смотрю на все на это достаточно мрачно.

«СП»: — Может есть какой-то хитрый план?

— Верхушка РФ сейчас фантастически неадекватна вызовам времени. Даже инициируя те или иные проекты Кремль подсознательно не хочет современного развития страны, потому что современная индустрия, наука, сельское хозяйства приведут к появлению очень сильных отрядов общества: промышленников, инженеров, техников и рабочих, которые станут политической силой, которая отберет у нынешней верхушки власть.

Нынешняя «элита» будет цепляться за власть до последнего. Даже ценой гибели страны. Задача патриотов встретить этот момент достойно, не быть такими лопухами, как в 1991-м, и не допустить распада России.

Не жмись, лайкни!!!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *